Энди Бонди о языке эмоций. Конференция по прикладному анализу поведения, июнь 2015, Тель-Авив.

the language of emotions. Andy Bondi
     У детей с расстройствами аутистического спектра часто наблюдаются сложности с выражением собственных чувств и эмоций, а также дети затрудняются рассказать о том, что они думают, реагировать эмоционально на действия другий людей или с помощью своих действий вызвать эмоции у других людей. В нашей речи мы часто говорим: "У меня болит нога", или "Я счастлив! Мне это нравится!", или "Я люблю тебя таким, какой ты есть". На языке прикладного анализа поведения все это - комментарии приватных событий. Внутренние ощущения - боль, счастье, любовь, наслаждение - являются такими стимулами, которые может ощутить только сам человек. Для окружающих эти стимулы недоступны.
     Изучение эмоций на картинках, в то время, когда ребенок не чувствует их - часто приводит к механическому заучиванию. Ребенок может указать на картинку, на которой изображен улыбающийся ребенок, назвать ее "Радуется", и даже растянуть губы в улыбке. Но при этом, когда сам испытывает радость - не сообщит об этом окружающим.
     Когда взрослые пытаются научить ребенка выражать свои эмоции, важно принять во внимание, что способы выражения эмоций меняются с возрастом. Если, испытывая радость при получении подарка, маленький ребенок будет кричать: "Ура!!!", подросток - скажет: "Вау! Круто!", а взрослый будет благодарить и улыбаться. Поэтому, когда педагоги планируют обучение ребенка с РАС выражать свои эмоции, важно учитывать возраст ребенка и его круг общения.
     Др. Бонди упомянул ряд исследований, которые показали, что люди с расстройствами аутистического спектра чувствительны к различным раздражителям так же, как и люди с нормативным развитием. Их тело и мозг реагирует на болевые и приятные ощущения так же, как и у других людей. Однако, вследствие своих особенностей они не могут это выразить.
Скиннер описал процессы, с помощью которого нормотипичные дети учатся комментировать свои приватные стимулы. Когда происходит ситуация, которая приводит к возникновению приватных стимулов (например, ребенок упал, и вследствие удара и падения у него болит нога), а взрослый наблюдает эту ситуацию и косвенные реакции ребенка (папа видит, как ребенок упал, видит кровь на ноге и видит, как плачет ребенок), то происходит "Публичный аккомпанемент" - взрослый описывает эмоциональное состояние, а ребенок повторяет вслед за ним ("Ванечка упал! У Ванечки ножка болит!).
     Когда речь идет о детях с аутизмом, то во многих случаях косвенные реакции ребенка отсутствуют (ребенок упал, но не плачет; ест мороженное, но не улыбается), и тогда взрослые, вместо того, чтобы описывать эмоции и чувства ребенка, дают ему инструкции ("Вставай" или "Вытрись"). Таким образом ребенок не учится говорить о том, что чувствует на данный момент, и в будущем, когда почувствует боль, радость, грусть - не сможет сообщить об этом.
     Профессор Ловаас описал в своей книге процедуру обучения эмоциям, которая включает обучение различать картинки с эмоциями, указывать на людей, выражающих те или иные эмоции, наименовать картинки и наименовать людей, а также, по инструкции, изображать мимикой то или иное эмоциональное состояние. Но эта процедура идет вразрез с принципами анализа вербального поведения, описанного Скиннером в 1957 году, и обычно не приводит к желаемым результатам.
     Для того, чтоб обучение комментировать приватные события и описывать эмоции для ребенка с РАС было эффективным, необходимо использовать "публичный аккомпанемент" в то время, когда мы наблюдаем те или иные условия окружающей среды, которые побуждают чувства и эмоции, или искусственно воссоздаем их. Например, можно дарить ребенку подарки или заниматься вместе с ним приятной деятельостью, и говорить ему о том, что он сейчас рад и помогать ему сказать "Я радуюсь!". Или, когда ребенок начинает беспокоиться в процессе расставания с родителями, описать его чувства, как грусть. Если ребенок не может говорить, можно учить этим реакциям с помощью системы альтернативной коммуникации PECS.
     Естественно, существует этическая проблема намеренно причинять ребенку боль, чтобы научить его комментировать "Мне больно!". Но, если мы заметили, что определенные условия окружающей среды (например, регулярные уколы от аллергии) причиняют боль, мы можем использовать эту ситуацию для обучения.
     Др. Бонди подчеркнул, что помимо выражения эмоций, важно также работать над различением эмоциональных состояний. Когда после укола у ребенка "болит" рука, и мы учим его комментировать "Больно!", то в другой ситуации мы будем поглаживать руку или делать массаж, и учить ребенка комментировать "Приятно!".  Схожие ситуации мы можем использовать и в работе с подростками. Перед экзменом многие испытывают "тревогу", а после экзамена "облегчение".
     Также, настолько рано, насколько это стоновится возможным, др. Бонди рекомендует работать над аутоклитическими реакциями, которые включают как различное интонирование, вгляды, так и дополнительные слова. Например, "Я ооооочень хочу мороженное!" или "Я умираю - пить хочу!". Всему этому можно учить на относительно ранних этапах развития речи, не дожидаясь, когда у ребенка сформируются монотонные механические реакции.
     Следует также учесть, что выражение эмоций и комментарии приватных событий формируются под воздействием социальной мотивации. Дети, для которых социальня мотивация и внимание со стороны окружающих имеют малую значимость, будут затруднятся в приобретении этих навыков. Поэтому, чрезвычайно важно не только работать над выражением эмоций на основе принципов анализа вербального поведения, но и над повышением значимости социальных последствий.


0 коммент.:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.