ABA для специалистов
ABA for parents
VB MAPP
Программы повышения квалификации
Сертификация специалистов ABA

Сверхкоррекция как процедура управления поведением.


Ослабление поведения
Сверхкоррекция является широко используемой процедурой коррекции поведения, успех которой неоднократно подтверждался документально. Тем не менее, сверхкоррекция – это не простая, единичная процедура. Скорее, она представляет собой сложную комбинацию процедур, что превращает ее в комплексную стратегию, требующую концептуального понимания и корректного применения. Сложный характер сверхкоррекции в сочетании с использованием различных терминов привел в серьезной путанице и спорам среди исследователей и практиков.

Ключевые слова: сверхкоррекция, ослабление /наказание, позитивная практика, обучение восстановлению/реституции, терминология.



Понятие сверхкоррекции рассматривалось неоднократно с тех пор, как Foxx и Azrin впервые описали данную процедуру в начале 1970-х годов (Foxx & Azrin, 1972, 1973). Сверхкоррекция представляет собой широко используемый метод лечения, который нашел успешное применение при работе с различными реакциями и различными людьми. Данная процедура используется как для уменьшения или устранения нежелательного поведения (Azrin & Foxx, 1971; Maag, Rutherford, Wolchik, & Parks, 1986; Singh, Watson, & Winton, 1986), так и для увеличения желательного поведения (Hinerman, Jenson, Walker, & Peterson, 1982; Stewart & Singh, 1986).


Bates и Wehman (1977) сообщали о том, что уже в 1971-1975 гг. в 20% процедур модификации поведения, направленных на снижение нежелательного поведения у лиц с психическими расстройствами, использовалась одна из форм процедуры сверхкоррекции.
Критика в адрес сверхкоррекции подняла ряд вопросов, касающихся применения этой процедуры, в том числе сложность процедуры, ряд возможных ее вариаций, использование множественных терминов, а также поддержание и обобщение изменений в поведении (Foxx, 1978; Foxx & Livesay, 1984; Luiselli, 1980; Ollendick & Matson, 1978). Существует также опасение, что многие из исследований, посвященных процедуре сверхкоррекции, содержат серьезные методологические недостатки, поскольку в ходе этих исследований не удалось продемонстрировать функциональный контроль процедуры сверхкоррекции над поведением (Marholin и соавторы, 1980; Murphy, 1978). И, наконец, вмешательства сверхкоррекции часто требуют большего количества времени и усилий со стороны персонала, чем другие процедуры уменьшения поведения, кроме того, отношение персонала к сверхкоррекции остается неоднозначным (Axelrod и соавторы, 1978; Johnson & Baumeister, 1981).


Несмотря на то, что эти и другие вопросы поднимаются уже на протяжении более чем 10 лет, терминология и методология сверхкоррекции в основном остаются неизменными, а многие проблемы – нерешенными. Задачей настоящего исследования стало: (1) обсуждение связи между сверхкоррекцией и процедурой ослабления/наказания; (2) предложение внести изменения в терминологию, связанную с процедурой сверхкоррекции. В результате, возможные варианты лечения будет легче описывать, реализовывать и оценивать.
Сверхкоррекция и процесс ослабления/наказания.


В 1972 году Foxx и Azrin разработали процедуру под названием восстановление/реституция, которую они считали альтернативой традиционным процедурам ослабления. Реституция/восстановление предполагали, что субъект восстановливает нарушенную ситуацию до значительно лучшего состояния. Цель состояла в том, чтобы научить индивидуума принимать на себя индивидуальную ответственность за неудобства, вызванные его неприемлемым поведением (Foxx & Azrin, 1972).


В более позднем исследовании ученые расширили процедуру реституции/восстановления, чтобы обеспечить различие между реституцией и позитивной практикой, каждая из которых стала компонентом процедуры, которую теперь стали называть сверхкоррекцией. Целью процедуры сверхкоррекции является гиперкоррекция (сверх-исправление) эффектов нежелательного поступка (восстановительная сверхкоррекция), а также требование от нарушителя практиковать корректные формы желательного поведения (позитивная практика сверхкоррекции). Позитивная практика сверхкоррекции используется вместо восстановительной сверхкоррекции, когда неуместное повеление не оказало нарушающего воздействия на окружающую среду. Таким образом, эти процедуры могут быть использованы  по отдельности или в комбинации друг с другом.


Со времени публикации этих двух первоначальных статей продолжаются противоречия в отношении того, какое отношение сверхкоррекция имеет к процессу ослабления/наказания, и связана ли она с ним вообще. Первоначальное предположение заключалось в том, что она несколько отличалась от других процедур ослабления (Foxx &Azrin, 1972, 1973). Несмотря на то, что некоторые ученые неохотно классифицировали сверхкоррекцию как процедуру ослабления (Azrin & Besalel, 1980, 1981), большинство из них в настоящее время соглашаются с тем, что сверхкоррекция действительно представляет собой процедуру ослабления. Например, Foxx (1982) определял сверхкоррекцию как «процедуру ослабления/наказания первого типа, в которой учащийся, проявляющий нежелательное поведение, должен исправить экологические последствия своего неприемлемого поведения и/или проявить желательные формы поведения в тех ситуациях, в которых, как правило, проявляется неуместное поведение» (стр.91). Более того, он определил сверхкоррекцию как процедуру ослабления первого типа третьего уровня, к которому отнес и другие, наиболее ограничивающие процедуры.


Таким образом, большинство исследователей и критиков в настоящее время склонны соглашаться с утверждением о том, что сверхкоррекция представляет собой процедуру ослабления (Axelrod и соавторы, 1978; Foxx, 1982; Foxx & Bechtel, 1982, 1983; Miltenberger & Fuqua, 1981), и вопрос о том, какое отношение сверхкоррекция имеет к процедурам ослабления, больше не должен рассматриваться в качестве проблемы.


Воспитательная и обучающая ценность сверхкоррекции.


Первоначально Foxx и Azrin (1972, 1973) сделали предположение о том, что благодаря своей «воспитательной/обучающей ценности» сверхкоррекция отличается от других процедур ослабления тем, что она служит для обучения или переобучения человека, проявляющего нежелательное поведение. Можно сказать, что это убеждение по-прежнему актуально.


Одним из способов определения того, действительно ли сверхкоррекция является полезной и обучающей по своей природе, является изучение исследований, включающих данные о практике приемлемого поведения, чтобы выявить, произошло ли увеличение уровня желательного поведения непосредственно в результате применения процедуры сверхкоррекции. Если таких данных не существует, тогда можно будет сказать, что сверхкоррекция функционирует как и любая другая процедура ослабления, то есть, снижает или устраняет проблемное поведение (Miltenberger & Fuqua, 1981). Тем не менее, даже если такие данные существуют, они не обязательно свидетельствует о том, что сверхкоррекция является более полезной с точки зрения обучения, чем другие процедуры ослабления, которые приводят к увеличению желательного поведения.


Большинство исследователей, сообщающих об улучшениях надлежащего поведения в результате применения процедуры сверхкоррекции, основывают свои утверждения на сюжетных данных. Например, некоторые исследователи на базе данных сюжетного наблюдения делали заявления о повышении гибкости у своих испытуемых, другие же сообщали об улучшениях реакций сверхкоррекции. Исследователи, ведущие эмпирическую отчетность, приходят к более противоречивым выводам. Четверо ученых сообщали о повышении уровня желательного поведения (Barton & Osborne, 1978; Carey& Bucher, 1981; Foxx, 1976, 1977), трое – о небольшом изменении в желательном поведении или же об отсутствии каких-либо изменений (Ollendick, Shapiro, & Barrett, 1981; Roberts, McSween, Desmond, & Iwata, 1979; Shapiro, Barrett, & Ollendick, 1980), а двое исследователей сообщили о различных результатах для своих испытуемых (Wells, Forehand, & Hickey, 1977; Wells, Forehand, Hickey, & Green, 1977). Таким образом, эффекты данной процедуры являются довольно противоречивыми.


Вне зависимости от того, о чем свидетельствуют данные по «обучающему эффекту» сверхкоррекции, также важно определить, отличается ли сверхкоррекция от других процедур ослабления в смысле своей обучающей или воспитательной природы. Поскольку «воспитывать» или «обучать» значит «учить», все процедуры ослабления, в сущности, направлены на одно и то же: они учат учащегося тому, что НЕ нужно делать. Ни один хороший клинический специалист или врач не станет разрабатывать программу, направленную исключительно на уменьшение нежелательного поведения без одновременного увеличения положительного и, как правило, несовместимого с нежелательным поведения (Azrin & Holz, 1966; Evans & Meyer, 1985; Forehand & Baumeister, 1976; Forehand & McMahon, 1981; SulzerAzaroff & Mayer, 1977). Эффективные программы модификации поведения всегда содержат два существенных элемента: обучение клиента не только тому, чего НЕЛЬЗЯ делать, но и тому, ЧТО нужно делать. Таким образом, все процедуры ослабления/наказания в какой-то степени могут считаться «воспитательными» или «обучающими».


Выбор наименее ограничивающего лечения.


В последнее время при работе с людьми, имеющими психические отклонения, множественные нарушения развития или поведенческие расстройства, наблюдается тенденция к выбору неаверсивных стратегий управления поведением среди других восстановительных терапевтических методик (LaVigna & Donnellan, 1986). Сверхкоррекция была отнесена к процедуре ослабления первого типа третьего уровня (Foxx, 1982), как имеющая потенциал к тому, чтобы быть интрузивной и аверсивной по своей природе, особенно в случаях, предполагающих расширенное ее применение и/или физическое руководство. Кроме того, в связи с тем, что данная процедура является достаточно сложной, существует вероятность некорректного ее использования, или даже злоупотребления и насилия. Тем не менее, она по-прежнему остается очень популярным методом, в частности, при работе с учащимися, имеющими психические и другие множественные нарушения развития.


По сравнению с использованием аверсивных процедур для уменьшения поведения еще большее беспокойство вызывает применение аверсивных процедур для обучения или улучшения поведения. Например, сверхкоррекция использовалась для обучения таким навыкам, как зрительный контакт и язык жестов, для повышения внимательности и улучшения академического поведения. С точки зрения перехода к неаверсивным методам управления поведением, поведенческие аналитики имеют этическую и моральную обязанность спросить самих себя о том, следует ли использовать процедуры ослабления первого типа для того, чтобы обучить ребенка соответствующему поведению или увеличить его (Miltenberger & Fuqua, 1981).


Социальная справедливость сверхкоррекции.


Для исследователей и практикующих специалистов все большее значение приобретает не только выбор и применение эмпирически основанных стратегий изменения поведения, но также и обеспечение того, чтобы эти процедуры были приемлемыми и благоприятными для других исследователей, практиков и обычных людей. Тем не менее, было проведено мало исследований в отношении социальной справедливости сверхкоррекции. Опять же, большинство информации в отношении приемлемости сверхкоррекции в качестве метода лечения носит сюжетный, случайный характер. К примеру, сообщения о том, что члены персонала считают сверхкоррекцию более приемлемой и предпочитаемой по сравнению с другими процедурами, отмечались Clements и Dewey (1979), Foxx (1976), и Foxx и Martin (1975). Matson, Home, Ollendick и Ollendick использовали сверхкоррекцию для лечения 20 детей младшего возраста, демонстрирующих разрушительное проблематичное поведение. Самоотчеты этих детей свидетельствуют о том, что они предпочитали сверхкоррекцию другим формам ослабления/наказания.


Некоторые исследователи систематически собирали данные, касающиеся реакций и отношения к сверхкоррекции, и снова результаты оказались неоднозначными. Исследование Webster и Azrin, посвященное членам персонала, продемонстрировало, что они предпочитали процедуры сверхкоррекции другим процедурам. Singh, Watson и Winton (1987) попытались определить для родителей уровень приемлемости различных процедур, широко используемых при работе с детьми с психическими нарушениями. Согласно результатам данного исследования, наиболее приемлемым методом для родителей оказалась не сверхкоррекция, а дифференциальное усиление замещающей формы поведения (замещение нежелательного поведения более приемлемой формой желательного поведения (DRI)).


Учитывая озабоченность в отношении приемлемости сверхкоррекции и ограниченных эмпирических данных, необходимо направить серьезные усилия на проведение исследований в отношении приемлемости сверхкоррекции как метода лечения. Может оказаться, что даже более ограничивающие процедуры являются более приемлемыми в случаях, когда поведение носит очень серьезный характер. Кроме того, следует учитывать и то, что все люди имеют право на наиболее эффективные доступные терапевтические процедуры.
Проблемы, связанные с текущей терминологией в области сверхкоррекции, и обсуждаемые в литературе посвященной прикладному анализу поведения, по-прежнему остаются актуальными. Одним из возможных решений данных проблем является устранение термина «сверхкоррекция» из лексического словаря прикладного поведенческого анализа. Данный термин, возможно, следует заменить тремя отдельными процедурами: обучение восстановлению/реституции, позитивная практика функционального поведения и тренинг с физическим руководством. Каждая из этих процедур описывается далее.


Обучение восстановлению/реституции представляет собой процедуру ослабления, при которой индивидуум, проявивший нежелательное поведение, в качестве следствия такого поведения должен восстановить условия окружающей среды до такого же или лучшего состояния, чем до момента проявления нежелательного поведения. Включение в определение слов «такое же» избавит от необходимости использовать такие термины, как «самокоррекция» или «простая коррекция». Примером данной процедуры может быть ситуация, в которой человек переворачивает все столы и стулья в столовой, а затем возвращает их в первоначальное положение, а также вытирает все, что пролилось на пол.


Позитивная практика функционального поведения – это процедура ослабления, при которой в качестве следствия нежелательного поведения индивидуум должен неоднократно практиковать положительное, функциональное и, если это возможно, несовместимое с проблематичным поведение. Поведение считается функциональным, если оно служит человеку, проявляющему это поведение, для полезной цели. Данная процедура не включает многократную практику нефункционального по своей сути поведения, например, повторяющихся движений рук или голову. Примером такой процедуры будет ситуация, в которой человек, помочившийся в одежду, сходит в ванную комнату в 10-ти различных местах в здании. В дополнение к обучению не мочиться в штаны, индивидуум обучается тому, как найти ванную комнату в различных уголках какого-либо здания.


Тренинг с физическим руководством является процедурой ослабления, наступающей в результате нежелательного поведения, при которой лицо, проявляющее нежелательное поведение, принимает участие в повторяющихся, несовместимых с нежелательными, движениях большой моторики или физических упражнениях. Движение или упражнение считается нефункциональным, если оно не служит человеку ни для какой полезной цели при совершении его вне контекстной ситуации. Примером данной процедуры будет физическое направление ребенка к тому, чтобы он поднимал руки над головой и опускал их в исходное положение вдоль тела в течение 2 минут после эпизода щелчков пальцами.


Все эти три процедуры применяются вследствие нежелательного поведения с целью уменьшить такое поведение. Таким образом, все они могут считаться процедурами ослабления/наказания с потенциально различными уровнями аверсивности. Эти процедуры могут реализовываться с или без физического руководства. Обучение восстановлению/реституции и позитивная практика функционального поведения без использования физического руководства являются наименее интрузивными процедурами. Тренинг с физическим руководством не включает практики функционального поведения, и потенциально является наиболее интрузивным.


Преимуществом подобного разделения терминологии является то, что понятие «сверхкоррекция» часто предполагает использование целого ряда процедур, включающих устное порицание, таймаут, отрицательное усиление, положительную практику и реституцию (восстановление), и иногда складывается ситуация, в которой невозможно определить, какие именно из этих компонентов являются активной составляющей комплексной процедуры сверхкоррекции. Разделение данного термина на три отдельных категории может облегчить контроль и идентификацию потенциальных аспектов данной процедуры, а также упростить ее реализацию. Кроме того, появится возможность для сравнения эффективности этих трех процедур с другими процедурами ослабления.




Источник: http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2733399/pdf/behavan00031-0041.pdf

0 коммент.:

Отправка комментария

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.