Современные тенденции в развитии прикладного поведенческого анализа

     Поведенческие специалисты прекрасно понимают, что для того, чтобы дисциплина прикладного анализа поведения (АВА) развивалась, необходимо идти не только в ногу со временем, но и в содружестве со смежными специальностями, включая медицину, педагогику, психологию и другие помогающие профессии. Поведенческие аналитики, как вполне рациональные живые организмы :-), прекрасно отдают себе отчет, что один в поле не воин, и только лишь поведенческий анализ не может стать единственной отраслью, которая поможет всем, всегда и только своим "поведенческим" способом. Следуя принципам селекционизма, мы понимаем, что раз в нашем мире (в социуме, в нашей культуре) существуют другие подходы, значит их существование функционально. Другими словами, они кому-то нужны. И здесь не суть в том, насколько тот или иной подход является научно доказанным, а в том, что он несет в себе какую-то помощь. И пока этот подход функционирует (кому-то нужен), как бы мы не старались, нам не предотвратить его развитие. А геноцид или крестовый поход за святой победой над всеми - это не наши методы!
     В наши дни поведенческий анализ стремительно развивается именно в направлении сотрудничества и внедрения в различные сферы жизни - так называемый "Мэйнстриминг". И для того, чтобы "влиться в основное течение" и развитие социума, поведенческие аналитики предпринимают следующие шаги:

  • 2. Расширяются сферы деятельности и специализации поведенческих аналитиков и распространяется информация о том, где может применяться поведенческий анализ. На сегодняшний день, по-прежнему, наиболее распространенной сферой практики поведенческих аналитиков является работа с детьми с аутизмом и нарушениями развития. Однако, все больше и больше поведенческих аналитиков начинают специализироваться в совершенно других направлениях. Например, в сфере спорта - начиная от баскетбола и заканчивая художественной гимнастикой. Спортивные достижения спортсменов можно улучшить с помощью формирования реакций и положительного подкрепления. Очень интересным направлением является организационный поведенческий менеджмент, в рамках которого изменяется производительность труда работников организаций. Еще одно направление - педиатрия. Поведенческие специалисты прекрасно могут помочь родителям справиться с "кризисом трех лет", или наладить сон и питание маленьких детей. Ну, и конечно, способствовать тому, чтобы дети и в подростковом возрасте "слушались маму" :-) Еще одно замечательное направление - геронтология. Помощь пожилым людям в ведении автономного образа жизни и преодоление преград, связанных с симптомами таких заболеваний как болезнь Паркинсона или Альцгеймера. А вот еще одно - деятельность, направленная на сохранение природных ресурсов (Sustainable Practices): предотвращение вырубки лесов, засухи, вымирания диких животных. Ну, кто бы мог подумать, что поведенческие аналитики этим могут заниматься!
Совсем недавно сертификационная комиссия ВАСВ опубликовала документ, описывающий применение АВА в разных сферах, а также предоставила в свободный доступ лекции ведущих практиков и научных деятелей в сфере АВА о том, как это происходит: www.bacb.com/about-behavior-analysis/applied-behavior-analysis
  • 3. Предоставляются концептуальные описания тем сферам, которые прежде были недоступны для поведенческого анализа. Здесь речь идет о том, что более полувека назад, такие явления как интеллект, мышление, эмоционально-волевая сфера или высшие психические функции казались недоступными для поведенческого анализа большей части поведенческих специалистов. Конечно, понимание того, что "внутренний мир человека - это черный ящик", что "внутреннего мира не существует", а "человеческое поведение - это набор безусловных и условных рефлексов" потеряло актуальность уже давным давно. Следуя принципам философии радикального бихевиоризма, описанной Скиннером (1953, 1957? 1976), поведенческие аналитики уже давно приняли существование "личных" или "приватных" событий, и научились описывать их, как поведение. Но, лишь в последнее время, все больше и больше описаний "психических явлений" внедряется в терминологию поведенческих аналитиков. Разрабатываются инструменты для оценки навыков и развития речи, которые коррелируют с тестами интеллекта - например, PEAK. Разрабатываются подходы, в которых работа ведется над негативными мыслями и эмоциями, преодолением тревожности, формированием психологической гибкости - например, ACT. Эти поведенческие подходы все сложнее и сложнее разграничивать с такими направлениями, как когнитивно-поведенческий подход, Гештальт и даже психотерапия. Все очень тесно взаимосвязано, и иногда отличия можно найти лишь в описании самих концепций, но не в практической деятельности специалистов. Понимание того, что невозможно игнорировать "внутренний мир" (сентенцию, которая обладает крайне высокой социальной и культурной значимостью) приводит к тому, что наша дисциплина развивается и используются все более тонкие и точные инструменты. А следовательно, наша работа становится более эффективной и востребованной. Именно это и позволяет нам "влиться в течение", а вовсе не извечная борьба "остроконечников с тупоконечниками", о том, "кто прав, кто виноват", чья дисциплина "научно-доказаннее", "кто выше, красивее и умнее".

Дополнительно о современных тенденциях в развитии прикладного поведенческого анализа можно послушать тут - доклад Юлии Эрц на III Всероссийской научно-практической конференции "Комплексное сопровождение детей с расстройствами аутистического спектра", которую проводил Федеральный ресурсный центр по организации комплексного сопровождения детей с расстройствами аутистического спектра МГППУ в Москве, 28-30 ноября 2018. Начало доклада - 4:38:47.

Нужно ли корректировать поведенческие проблемы в каждом случае? Дилемма АВА-специалиста

     Приобретение профессиональных навыков в сфере прикладного анализа поведения (АВА) - это долгий путь, который начинается с обучения на сертификационных курсах, но не заканчивается никогда :-)
     Одним из ключевых навыков в репертуаре поведенческого аналитика является навык принятия решений в отношении необходимости поведенческого вмешательства. Многие начинающие специалисты, освоив материал о функциях поведения и процессе функционального анализа, торопятся применять поведенческие инструменты для любого запроса, с которым к ним обращаются родители ребенка с РАС.

  • "Мальчик громко кричит и стучит руками по голове во время выполнения заданий на моторную имитацию".
  • "Девочка кричит и падает на асфальт, когда ее уводят с детской площадки".
  • "Мальчик кусает себя за руку в момент, когда у него изымают машинку и требуют начать заниматься".

     "О! Отлично!", говорит поведенческий специалист, "Все понятно! Конечно, данные соберем в АВС таблицу, но функции ясны - в первом случае, избегание требований, в двух других - доступ к желаемому! Введем систему PECS и DRO, и все как рукой снимет!" И так и прописывает в плане коррекции поведения - "PECS и DRO", и даже начинает сам этот план применять. "PECS и DRO" - это, конечно, хорошие методики, но далеко не самые подходящие в множестве случаев.
     И такое быстрое принятие решений в отношении методов коррекции очень часто характеризует именно начинающего АВА-специалиста (который чувствует себя обязанным как можно быстрее всем помочь с помощью АВА!), в то время, как принятие данных решений должно опираться на процесс анализа множества факторов, влияющих на поведение, и быстрым такое решение быть не может.
     В учебнике "Прикладной анализ поведения" (Купер, Херон и Хьюард, 2016, стр. 740) описаны вопросы, на которые должен ответить поведенческий специалист, ПРЕЖДЕ, чем начинать работать. И отвечать на эти вопросы перед началом разработки и применения плана коррекции и должен научиться наш новичок. А также внимательно наблюдать за ситуацией, в которой происходит поведение!

  • "Мальчик громко кричит и стучит руками по голове во время выполнения заданий на моторную имитацию" - смотрим, что происходит
  • Педагог громким кричащим голосом говорит: "Делай так!" и громко хлопает в ладоши прямо перед лицом ребенка. Ребенок тоже хлопает в ладоши, но тут же начинает кричать. Педагог кричит: "Ну-ка! Сядь красиво! А то жетон не получишь!" Ребенок замолкает, складывает руки на столе. Педагог дает инструкцию громким голосом: "Делай так!" и с силой стучит по столу. Ребенок тоже стучит по столу, но тут же начинает кричать и бьет себя по голове. Педагог: "Сядь! Сядь! Руки спокойно!". Ребенок кладет руки спокойно, и педагог лепит жетон на планшетку с жетонами, сопровождая словами: "Вот твой жетон!".

     Попробуем ответить на вопросы, помогающие нам принять решение о необходимости вмешательства!

  • "Появилась ли проблема внезапно? Может ли проблема быть следствием какого-либо заболевания? Проводилось ли медицинское обследование?" - данный вопрос не будет актуальным. Поведение происходит на занятиях, и не похоже на заболевание.
  • "Может быть, менять нужно не поведение клиента, а его окружение?" - Какой хороший вопрос! Очень актуальный! Учитывая то, что мы видим - что инструкции даются слишком громко, что любое движение ребенок повторяет, что педагог не хвалит ребенка, а угрожает, мы видим, что проблема вовсе не в поведении ребенка! Мы видим, что любой человек на месте ребенка, если бы ему давали задания, которые он уже давно научился выполнять, неприятным образом и без поощрений, тоже бы начал кричать, а может быть, и бить себя по голове. Следовательно, учитывая данную ситуацию, насколько целесообразно применять DRO? Поощрять за отсутствие поведения? Кто будет поощрять? Этот педагог, который не умеет поощрять? В процессе упражнений на имитацию? Ничего не меняя в процессе занятий? Какой шанс, что такая процедура сработает? Близкий к нулю...
  • "Применялись ли другие вмешательства?" - вполне вероятно, что поведение уже пытались скорректировать "поведенческими" методами. Наверняка "гашение" применяли... Игнорировали крики, и продолжали требовать выполнение движений. Ну, а как же... Однако, скорее всего, наши педагоги позабыли, что "просто так", без предварительной оценки поведения, и без проактивных методов, гашение применять нельзя. Проверим, задаем вопрос: "А есть ли план коррекции поведения, по которому работает педагог? Есть ли написанная поведенческая программа?". Ответ: "Нет!". И дополнение: "У нас только элементы АВА применяются..."
  • "Действительно ли существует проблема?" - Да! Но, не с поведением ребенка. Любой человек мог бы так себя повести в данных обстоятельствах.
  • "Может ли проблема разрешиться просто и неформально?" - Вряд ли. Пока не будут изменения в среде, пока не изменится вид и уровень требований, пока педагог не будет правильно применять поведенческие инструменты - проблема останется.
  • "Может ли данную проблему решить специалист смежной профессии?" - Логопед или дефектолог вряд ли решит такую проблему. Психиатр. Возможно. Применение психотропных препаратов может привести к снижению этого поведения у ребенка, и он будет просто спокойно сидеть, в то время, как педагог будет громко хлопать перед его лицом или громко стучать по столу. Будет ли это этично? Поможет ли это ребенку? Разумеется, нет! И даже не нужно думать в этом направлении!
  • "Насколько острой является проблема?" - Проблема значительная. Поведение ребенка происходит с высокой интенсивностью. Его крики слышны в другом помещении, звуки от ударов по голове тоже слышны. На голове остаются красные отметины. Поведение нарастает. Нужно решать эту проблему как можно скорее! 
  • "Какова вероятность того, что вмешательство будет успешным?" - Пока неизвестно. На данный момент понятно, что не с поведением ребенка нужно работать, а с профессиональными навыками педагога. Сколько ресурсов в нашем распоряжении, чтобы научить педагога работать корректно? Сколько ресурсов в нашем распоряжении, чтобы подобрать функциональные цели для обучения нашего ребенка? Чтобы он учился полезным навыкам, а не страдал от наскучившей имитации?
  • "Готов ли клиент сотрудничать?" - если мы понимаем, что работать нужно будет не над коррекцией этого поведения ребенка, а над поведением его окружающих и над формированием полезных навыков, готовы ли на это те, кто обратился к нам? Хотят ли этого родители ребенка, которые позвали нас "скорректировать проблемное поведение"? Готовы ли они на то, что работа будет вестись с педагогами, и над совсем другими целями?
  • "Есть ли в научной литературе примеры успешной коррекции данного поведения?" - Конечно есть! Как примеры коррекции поведения "кричать и бить себя по голове", так и формирования профессиональных навыков у педагога. Однако, такой навык, как ссылаться на литературу может отсутствовать у нашего начинающего поведенческого аналитика. Конечно, с чтением профессиональной литературы в АВА есть сложности, т.к. большая часть литературы - на английском языке. Однако, развивать у себя такой навык тоже нужно! И, возвращаясь к этому вопросу, сможет ли наш поведенческий специалист найти подходящие публикации и сослаться на них в своей работе. Описаны ли там "PECS и DRO"? ;-)
  • "Есть ли у поведенческого аналитика соответствующий опыт?" - Возможно. Возможно, такого опыта нет. А супервизор есть? Коллега, который поможет справиться с этой ситуацией? 
  • "Смогут ли те люди, которые будут осуществлять поведенческое вмешательство, в должной степени справляться со своими обязанностями?" - Неизвестно. Чтобы ответить на такой вопрос, наш поведенческий специалист должен уметь быстро определять уровень компетенции тех, кто будет включен в процесс вмешательства. Насколько эти люди компетентны? Склонны к сотрудничеству? Последовательны в своих действиях? Быстрая оценка навыков и компетенций тех людей, которые применяют поведенческие программы - это еще один навык, который должен сформироваться в репертуаре поведенческого аналитика.


     О профессиональных навыках недостаточно только прочитать или прослушать лекцию, так же, как и невозможно научиться плавать, читая пособие. Чтобы научиться что-то делать, нужно делать! И поведенческий специалист, памятуя о том, что он лишь в начале пути (либо в середине, т.к. в конце быть не может), должен тренироваться принимать нужные решения. А для этого - почему бы не почитать учебник Купера и соавторов, не выписать вопросы со страницы 740, и не отвечать на них в каждом конкретном случае, без исключения?

IV Международная он-лайн конференция



 Наука и практика прикладного анализа поведения «Аутизм и коморбидные расстройства: современные методы анализа и коррекции поведенческих проблем»

 14-15 сентября 2019 года


Организатор конференции:
Проект «Аутизм: коррекционная работа на основе поведенческого анализа (АВА)», центр «Наш Солнечный Мир», Москва.
Основные темы конференции:
  • vАутизм и коморбидные расстройства: обсессивно-компульсивное расстройство, фобии, СДВГ, ДЦП. Выявление сопутствующих расстройств и использование специфических методов коррекции поведения.
  • v  Применение терапии принятия и осознанности (ACT) для формирования психологической гибкости у детей и подростков с РАС
  • v  Современные методы экспериментального анализа: преодоление сложностей практического и этического характера
  • v  Экспериментальный анализ и коррекция опасного поведения (убегание, аутоагрессия, агрессия), коррекция стереотипи и пищевых расстройств

В конференции примут участие выпускники и преподаватели проекта «Аутизм: коррекционная работа на основе поведенческого анализа (АВА)», а также приглашенные зарубежные спикеры.

Конференция будет проходить в он-лайн режиме (через интернет).

Участие в конференции - БЕСПЛАТНОЕ!

Ссылка на регистрацию: https://yuliya-erts.timepad.ru/event/980695/  



Информированное согласие: обязанности АВА-специалиста

Никогда не будет лишним удостовериться, что мы, в своей повседневной практике, соблюдаем этические стандарты. Сегодня мы поговорим об информированном согласии.
В "Кодексе этики и профессиональной ответственности поведенческих аналитиков" (ВАСВ, 2014) упомянуты несколько ситуаций, в которых поведенческий аналитик должен получать информированное согласие:

  1. При проведении исследований (пункт 9.03 "Информированное согласие"). Поведенческий специалист обязан проинформировать участников исследования о сути исследования, и о процедурах, которые будут применяться. Информация должна быть предоставлена на понятном языке, а также участники должны быть уведомлены о том, что они могут отказаться от участия или прервать его в любой момент времени. Например, если поведенческий специалист планирует провести эксперимент, с целью определения эффективности какой-либо новой процедуры, он обязан уведомить участников о том, что данная процедура пока недостаточно изучена, а также описать все детали данной процедуры.
  2. При проведении поведенческой оценки (пункт 3.03 "Согласие на проведение оценки в сфере поведенческого анализа"). Поведенческий специалист обязан пояснить клиенту, какой именно вид оценки он будет использовать, для каких целей, как именно будет проводиться процедура, как будут интерпретироваться и использоваться результаты, а также обязательно описать все потенциальные риски, которые включены в применение этой процедуры. Например, при планировании экспериментального анализа, поведенческий специалист должен обязательно описать клиенту, как именно будет применяться каждое из условий процедуры, как будет производиться анализ данных, а также он обязательно должен уведомить клиента о том, что в процессе проведения процедуры нежелательное поведение участника может участиться, его интенсивность может повыситься и это нежелательное поведение получит подкрепление.
  3. При реализации поведенческой программы (пункт "4.02 Участие клиентов в разработке программы и их согласие"). Перед тем, как применять какую либо методику, поведенческий специалист должен получить согласие на применение этой методики. А получение согласия включает предоставление полной информации о том, как именно методика применяется,с какой целью, и какой потенциальный риск данная методика в себе несет. Например, в самом начале взаимодействия с ребенком, на этапе установления сотрудничества, когда ребенок отказывается выполнять требования, специалист не может применять процедуру гашения, и требовать от ребенка выполнения заданий, "чтобы не подкрепить проблемное поведение". Данная процедура требует, чтобы перед ее применением была проведена функциональная оценка, чтобы специалист применял эту процедуру, с опорой на функцию (а не "на глазок"), последовательно, а также родители ребенка должны быть уведомлены о том, что в процессе применения процедуры происходит "угасательное обострение", и поведение обязательно усугубиться - и родители должны дать информированное согласие.
  4. При передаче информации (пункт "2.08 Раскрытие информации"). Перед тем, как передать какую-либо информацию о клиенте супервизору или на рассмотрение коллегам, или передаче отчетов другим специалистам, поведенческий специалист обязан уведомить об этом клиента, и получить его согласие. Например, перед тем, как выслать видеозаписи занятий супервизору, специалист обязан получить от родителей ребенка согласие на передачу информации.

Для того, чтобы информированное согласие соответствовало стандартам, оно должно быть:

  • 1. Обязательно в письменном виде (документ).
  • 2. Человек, который предоставляет согласие, должен быть способным принимать решения (т.е. дееспособным).
  • 3. Процесс принятия решения должен быть непринужденным и добровольным.
  • 4. Принятие решения должно происходить после получения полной информации о всех аспектах применяемых процедур, в особенности о потенциальном риске, к которому может привести данное профессиональное действие. 

В работе с детьми с аутизмом АВА-специалисты не всегда соблюдают эти правила. Наиболее распространены следующие ситуации:
1. АВА-специалист вообще никогда не получает информированного согласия. Он просто делает то, что делает, при этом не сообщая сообщая родителям ребенка о целях процедур, о том, как именно они применяются и какие риски в себя включают. Иногда АВА-специалисты говорят об этом устно, но не оформляют согласие, как документ.
2. АВА-специалист получает информированное согласие в отдельных случаях, например, при проведении процедуры экспериментального функционального анализа или при проведении оценки навыков VB-MAPP. Но, например, при проведении оценки предпочтений он не получает информированного согласия, ошибочно предполагая, что такая процедура этого не требует. Также поведенческий специалист может "забыть" получить информированное согласие на применение АВА-программы, предполагая, что если у клиента есть запрос на разработку такой программы, значит, при появлении такой программы, ее можно сразу же применять.
3. АВА-специалист относится формально к получению информированного согласия. Т.е. просит родителей ребенка "подписать документ". А что именно - уже не важно. Родители могут дать согласие на "применение процедур поведенческим специалистом под супервизией", в то время, как специалист планирует передавать конфиденциальную информацию о ребенке супервизору. Родители могут дать согласие на "проведение оценки VB-MAPP", в то время, как планируется работать над коррекцией нежелательного поведения и специалисту предстоит долгий путь функциональной оценки.

Действуя таким образом (или бездействуя), поведенческие специалисты не только нарушают стандарты профессиональной практики. Это также часто приводит к тому, что у специалиста не получается организовать последовательную работу над применением процедур, что окружающие не подготовлены к различным сложностям, возникающим в процессе (как например, недостаточно готовы к обострению поведения и проявлению агрессивных реакций у ребенка, или к тому, что процесс обучения берет много времени). Следовательно, специалисту не удается достичь эффективности в своей работе, и социальная значимость применения поведенческого вмешательства снижается.

Несомненно, соблюдать этические стандарты практики - это сложная задача для поведенческого аналитика. Нужно учитывать очень много аспектов, постоянно анализировать результаты своей работы и нести ответственность за каждый свой шаг. Памятуя об этой ответственности, специалист должен сформировать у себя самого такой навык, как получение информированного согласия, и относиться к этой обязанности не как к ненужной формальности, а как неотъемлемой части своей практической деятельности.

Запись вебинара Ю. Эрц "Убегание детей с РАС. Как работать над коррекцией данного поведения"




Вебинар проводился в рамках проекта онлайн курса "Комплексная система межведомственного, междисциплинарного сопровождения людей с РАС, а также их семей, на протяжении всего жизненного пути", от центра "Наш Солнечный Мир".
Дополнительные лекции курса можно найти на этой странице: http://solnechnymir.ru/index.php?option=com_content&view=category&layout=blog&id=19&Itemid=64&fbclid=IwAR09n5k63Xj2_E8C2rx2-tGsiQc6oKMJzbpTqkzIuCWk2LSnTPf2SajW8mM